Осень

Осень –

эра гипертонических кризов.

Время стреляться, считать цыплят, выходить на Бога,

делать последний нелегкий выбор из-за

того, что любви никогда не бывает много.

 

Время

наступает тебе на пятки,

заставляет послушно идти туда, где ни разу не был.

Но и в случае, если — на обе – давно положили тебя лопатки,

просто открой глаза –

ты увидишь небо.

 

Это –

очень интимная вещь,

вроде семейного фотоальбома,

в иерархии детских снов – заменитель земного ада.

Розовые слоны порхают и говорят: «Ты дома».

Если это и шутка, ты где-то рядом.

 

Ливни

тождественные алгоритму страсти

столь безутешной, что думаешь о высоком,

каждой струей своею напоминают трассы,

соединяющие человека с Богом.

 

Отче!

Храм твой неслыханный пуст и светел,

мало людей в нем, однако значительно меньше – истин.

Тот, кто искал Тебя, тот никого не встретил,

тот, кто узнал Тебя – к лику святых причислен.

 

Буде

и мне дарована эта милость,

жизнь запродам за недолгую нашу встречу:

очи потупив, проследовать молча мимо,

не возражая, не жалуясь, не переча.

 

Сердце

нянчит в железных ладонях холод.

Эхо заходится птичьего крика выше.

На сорока холмах я построил город,

но никого в этом городе я не вижу.

 

Значит,

поздно уже начинать сначала,

биться, как рыба об лед, вместо песен учить молитвы,

бисер метать, влюбляться, сучить мочало,

лоб расшибать о двери:

все двери

давно

открыты.

 

This Post Has 0 Comments